В кино зритель сталкивается и с желанием других, и с насилием над другими, и с болью других. А также с невозможностью активной реакции на увиденное. В чем тогда смысл работы машин желания и машин насилия? Как выстраивается дискурс нехватки и желания на экране? Как про- являются национальные особенности мирового кинематографа в «сфере желаний»? Как происходит наррация насилия в фильме? Каким образом кинематограф манипулирует зрителем? На эти другие вопросы постарались найти ответы авторы этой книги — участники секции «Кино|текст» ежегодной международной филологической конференции Санкт-Петербургского государственного университета. .