Когда я только начал писать повести на дворе стоял 2020 год, хотя он, может быть, и не стоял. Тогда он мог бы и полежать с тем же успехом, распластавшись у синих ворот наркологического диспансера, на который выходят мои окна. В любом случае зимой 2020 года, когда мне чудом удалось устроиться дворником в условиях рынка труда, зажатого в крепких объятиях новой заразы, пожирающей милые тельца разных-разных людей на планете и очередным финансовым кризисом. Вот именно тогда я и записал.