«Скачи, Исварк, скачи резвее. Ты ещё не знаешь, что власть твоя надо мною закончилась. Плоть моя ныне алчет утончённых ласк сира Виттора Астурка. Но противоядие – всё же не яд, и та сладостная боль, что разбудило во мне его желание, не убьёт меня, а лишь подкрепит. Она и сейчас заставляет меня громко стонать в ночи, пугая бессонных слуг, но никогда не причинит мне такого зла, как причинил ты, Исварк, хладнокровно высосав душу и за ненадобностью выплюнув прочь. И ты за это поплатишься!..»