Фортуна может улыбнуться судьбе, когда надежды совсем не осталось. Эта улыбка коварна и двусмысленна, как восточная лесть. Она в равной степени обещает счастье и гибель. Но герой видит в ней спасение. Жизнь под грифом «секретно» его не страшит, ибо она наполнена высоким смыслом, не спорит с честью и любовью. Мир – театр, по определению Шекспира, но роли в этом театре люди выбирают сами, не рассчитывая на овации и награды. Даже на благодарность потомков, ибо государственные тайны не тиражируются.