В 1850 году, по случаю 25-летия царствования Николая I, главы разных ведомств России представили императору отчеты о своей деятельности, в которых перечислялись грандиозные успехи, достигнутые благодаря «монаршим попечениям» и их собственному усердию. Среди прочих был и отчет начальника Главного морского штаба (ГМШ) светлейшего князя адмирала А.С. Меншикова, свидетельствовавший о морском могуществе России: 44 линейных корабля, 20 фрегатов и 20 военных пароходов, а всего 621 корабль должны были обеспечить владычество Российского флота в Балтийском и Черном морях. Но спустя всего три года начавшаяся Крымская война (1853-1856) показала, что морское могущество России, которым она обладала в эпоху парусных кораблей, в середине XIX века оказалось мифом. С заменой парусных кораблей паровыми соотношение сил флотов резко изменилось в пользу Англии и Франции. Справедливости ради следует отметить, что Пароходный комитет в 1851 году разработал программу постройки парусно-винтовых кораблей для Балтийского флота. Она предусматривала строительство трех фрегатов, корвета и пяти судов других классов. Однако их постройка затянулась.