«Чем более решительно рабочий класс „ломает хребет“ всесоюзному мещанину, тем более пронзительно и жалобно попискивает мещанин, чувствуя, что окончательная гибель приближается к нему всё быстрее. Ему мерещится, что в его лице „погибает весь русский народ“. Опьянённый болезненным самомнением, он, как пьяный, воображает, что шатается не сам, а земля под ним. Он привык считать себя „солью земли“ и знает, что „почва, лишённая солей, неплодородна“. Он „не считает возможным культуру будущего без свободного участия индивидуального начала“ – без его, мещанина, участия в качестве „соли“».