Отвечая на вопрос случайного австралийского знакомого, русский эмигрант Захар Сазонов признаётся, что образ его СССР – не оруэлловский «1984», а скорее 1985 год. Почему? В ответ Захар, бывший инженер-геодезист, рассказывает о драматичном и насыщенном событиями годе своей жизни. Повествование развивается на фоне года жизни страны, клонящейся к распаду. Несмотря на сошедшиеся в один узел личные и производственные неурядицы, Захар Сазонов вспоминает этот год не с осуждением, а с симпатией. Содержит нецензурную брань.