Когда я очнулся, вокруг была тьма. Густая, беспросветная… вечная. На секунду мне показалось, что я ослеп. Я умер, я это знал. Такое невозможно забыть или перепутать, как ни пытайся. Мертвые не должны видеть. Мертвые не должны слышать. Мертвые не должны ничего чувствовать. Так почему же у меня так нестерпимо чешется лодыжка, а в нос забивается древесная пыль и запах дешевого клея? За мертвыми не охотятся. Мертвые не умирают второй раз. Но, кажется, они об этом не знали.