– Тоха, твою мать… Можешь спать с кем угодно. Но о девчонках Чарушиных забудь. – Зачем ты мне это говоришь? – киплю на эмоциях. – Сам знаю. – Чара нам как брат. Значит, и они почти сестры. Понимаешь? Маринка, мать твою, тоже! – Знаю, – высекаю повторно. – Не собираюсь я ее трогать, ясно? Безусловно, не собираюсь. Никогда не собирался. Но стоит только увидеть ее, все мое благоразумие летит к черту. Особенно после того, как у нас с ней появляется секрет. Один нестирающийся из памяти секрет, который моими трудами намотает на себя еще тонну порока.