Обычно про актрис критики пишут так: «Она так владеет даром перевоплощения, что ей одинаково доступны сатирические и драматические роли». Но это умеют делать многие профессиональные актеры. Талант же Раневской выходил далеко за рамки заурядного профессионализма. Ее называли актрисой-клоуном, актрисой для трагедии и даже «гранд-кокет» («lа grаndе соquеttе» в переводе с французского – соблазнительница, большая кокетка). «Героини Раневской – злодейки, ханжи, чудачки – эмоциональны до ясной откровенности, – писал известный кинокритик Андрей Зоркий. – Всегда понятно, что они чувствуют, и в переживании не наступает тягостных пауз. Сорок раз они вам скажут: вот горе – так горе, вот спесивость – так спесивость, вот ханжество – так ханжество, вот доброта– так доброта. Такова гамма актерского таланта Раневской, ее единственный, неповторимый мир».