«Нетрудно представить, как выглядит старый больной человек в девяносто лет. А во время отпевания на лице усопшей я снова увидел уже знакомый мне отпечаток святости. Его трудно описать словами, но и невозможно спутать с чем-то еще. Лицо становится таким, что от него невозможно оторвать взгляд. Так и смотрел бы на него и смотрел. Что-то в нем появляется торжественное, весомое, настоящее, что скрывалось за простым добрым взглядом стареньких подслеповатых глаз. В лице человека явственно и победоносно отпечатывается Небо. И тебе радостно, что Небо не прошло мимо тебя. Что рядом с тобой и в унисон с твоим билось и молилось такое сердце. Как же я благодарен Тебе, Господи, за таких людей, за такую науку. На другой день после отпевания случайно обнаружил, что в храме заелеоточило сразу несколько икон. Все образы стоят на открытых местах, вот и заметил. Думаю: «А образ отца Надежды Дмитриевны, святого мученика Димитрия? Он-то как?» Подхожу к иконе, она находится в таком уголке, куда дневной свет почти не попадает, присмотрелся. Действительно, елеоточит. Что в этом знаке? Небо радуется от того, что еще одна праведная душа вознеслась в горние обители? Или это в утешение нам, пока еще остающимся здесь, на земле?»