«Ранним утром 19 декабря на Малой Невке у моста был обнаружен всплывший труп. Всплыл он страшно — задранная рубашка примерзла к телу, открывая пулевые раны. На лице кровоподтек — след от удара ногой в висок... Трупы сложили в яму и облили лица и все тела серной кислотой как для неузнаваемости, так и для того, чтобы предотвратить смрад от разложения... Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали — следов ямы не осталось. (Из «Записки» Я. Юровского, руководившего расстрелом Царской Семьи в ночь на 17 июля 1918 г.) ...Ну я вошел в эту комнату и гляжу в раскрытую дверь в малую столовую, а там на полу Хозяин лежит и руку правую поднял., вот так. — Здесь Лозгачев приподнял полусогнутую руку. — ...Он еще, наверное, не потерял сознание, но и говорить не мог.»