Отдел литературы по искусству Горьковки приглашает читателей и гостей посетить книжно-иллюстративную выставку, посвященную юбилею поэта, критика, переводчика Владислава Ходасевича (1886−1939).
Выдающийся поэт ХХ века Владислав Ходасевич – фигура противоречивая, яркая, изменчивая. Он обожал балет, но в зрелые годы отторгал или отгораживался от эстетической красоты, любил кошек, а людей – не очень, с последними все же, дружил, но, по всей видимости, успехами в сохранении дружбы похвастаться не мог.
Обо всех перипетиях жизненного пути поэта читателю расскажет книга Валерия Шубинского «Владислав Ходасевич: Чающий и говорящий» от издательства АСТ 2022 года. «Биография, написанная Валерием Шубинским, основана на множестве источников, как опубликованных, так и архивных. Ходасевич в исполнении Шубинского − живой, противоречивый, а главное − абсолютно достоверный. И хотя это серьезный филологический труд, биография поэта читается легко и вызывает неизменный интерес у читателей», − говорится в аннотации к изданию. Благодаря большому количеству вставок с «живыми» высказываниями Ходасевича легко не только обрисовать его характер, но и с не самой тривиальной стороны посмотреть на других известных личностей того времени. К примеру, вот что пишет Ходасевич о встрече с Мандельштамом на волошинской даче: «…напали на нас 4 коровы с рогами, потом хуже того – Мандельштам. Я от него, он за мной, я забрался на скалу в 100 тысяч метров – он туда же. Я ринулся в море – он настиг меня среди волн. Я был с ним вежлив, но чрезвычайно сух. Он живет у Волошина. С этим ужасом я еще не встречался. Но не боюсь: прикинусь умирающим и объявлю, что люблю одиночество».
Продолжая разговор об окружении и его мнении по поводу Ходасевича, стоит отметить, что оригинальность высказываний удачно пригодилась поэту уже в качестве мемуариста. Книга «Некрополь. Литература и Власть. Письма Б. А. Садовскому» от издательства «СС» 1996 года наглядно показывает разностороннюю натуру Ходасевича. В издание вошли и повествование о современниках, известное как «Некрополь», где под перекрестный огонь попали судьбы Брюсова, Белого, Сологуба и других известных личностей; и рассуждения о неизбежной связи литературы с политикой; естественно, письма, а также «ранее не публиковавшиеся в России материалы о Горьком, Маяковском».