«Лидия Егоровна вышла на террасу пить утренний кофе. Время было уже близко к жаркому и душному полудню, однако это не помешало моей героине нарядиться в черное шёлковое платье, застегнутое у самого подбородка и тисками сжимавшее талию. Она знала, что этот черный цвет идет к ее золотистым кудряшкам и строгому профилю, и расставалась с ним только ночью. Когда она сделала первый глоток из своей китайской чашечки, к террасе подошел почтальон и подал ей письмо. Письмо было от мужа: „Дядя не дал ни гроша, и твое имение продано. Ничего не поделал…“ Лидия Егоровна побледнела, покачнулась на стуле и продолжала читать: „Уезжаю месяца на два в Одессу по важному делу. Целую“…»