Евгений Петрович Рахманов угрюмо шагал, заложив руки за спину, по мягкому ковру своего обширного, роскошно убранного кабинета. Он был, видимо, не в духе. У него болела немного голова, да и желудок тоже начинал, как будто, пошаливать. Проходя мимо большого зеркала, вделанного в камин и кругом увешанного редким старинным оружием, он кидал в него недовольные взгляды: ему казалось, что сегодня его лицо как-то особенно желто. Наконец, он решительно остановился у самого зеркала и высунул язык. Язык был так себе: не особенно плох, но и не хорош, с белым налетом посредине. Источник текста: журнал «Вестник Европы» No 8, 1896 г.