Под одной обложкой объединились три повести, и каждая рисует свой особый, неповторимый эротический мир. В «Челен-вухе» отдана дань первобытной экзотике, здесь создается образ грубоватого, примитивного общества, где, собственно, нет эротики в нашем понимании, поскольку секс и обыденная жизнь перемешаны в одно нерасторжимое целое. В «Иоиаде» через любовные приключения богов и богинь представлена эротика классического адюльтера. В «Ватсьяяне» дан срез рафинированного, утонченного общества, где любовь и наслаждение превращаются в изощренную жизненную философию. Мир «Челен-вуха» – жесткий и чуть жутковатый. Мир «Иоиады» – ироничный, лукавый, человечный. Мир «Ватсьяяны» – изысканный и томный, лишенный всяких табу. Переходя от одной повести к другой, читатель не просто перемещается из одной эпохи или из одной части света в другую, но вместе с тем наблюдает, как оттачивается, формируется, наполняется различными смыслами само понимание «эротического».