Впервые обратившись к фотограммам в начале 1990-х гг., Александр Китаев далеко ушел от своих знаменитых предшественников. Он сразу начал работать не с элементарными формулами контрастов и контуров, а с трехмерным и прозрачным стеклом, позволяющим создавать сложные пространственные композиции. И если поначалу художника еще интересовали верные тени давно исчерпавших свою прямую функцию предметов, то затем он пришел к созданию совершенно новых реальностей. Пафос "остранения", в равной мере воплощавшийся в попытках Рене Магритта "увидеть заново" обычный стакан и в фотограммных композициях Ман Рея и Мохой-Надя, оказался отвергнут ради обретения нового инструментария - стеклянной бутылки и светового потока.